Четвертое измерение. Глава 13. Юбилей

В 2008 году не только Россию, но и весь мир накрыл очередной финансово-экономический кризис. Его возникновение связывают с общей цикличностью экономического развития, перегревом фондового и кредитного рынков и явившегося его следствием ипотечного кризиса, а также высокими ценами на нефть. За два года кризиса в Америке и Европе «сгорели» крупнейшие инвестиционные банки со столетней историей.

В России финансовый кризис снизил доверие к банкам. Народ кинулся снимать со счетов депозитные вклады. Бегство вкладчиков привело к банкротству нескольких крупных банков. Кризис быстро перекинулся в реальный сектор экономики. Капитализация российских компаний снизилась за сентябрь-ноябрь 2008 года на три четверти, золотовалютные резервы сократились на четверть. В предбанкротном состоянии находилось множество компаний. Начались увольнения работников, отправка их в административные отпуска, сокращение ставок оплаты труда. Темпы роста российской экономики стремительно снижались. Государственные проекты в области инфраструктуры и строительства сокращались или закрывались до лучших времен.

В условиях надвигающегося кризиса Инженерно-производственный центр праздновал свое 20-летие. Надо сказать, что предприятие, накопившее экономический и технический задел в предыдущие «тучные» годы, справилось с кризисными проблемами лучше, чем многие другие игроки отечественного бизнеса, и коллектив отмечал юбилей с размахом. В тот майский день 2008 года Дом техники собрал весь бомонд Бугульмы — представителей городской администрации, руководителей предприятий нефтегазодобывающего комплекса, с которыми за два трудных десятилетия строители прошли огонь, воду и трубы. Только трубы не медные, символизирующие блеск и бравурные звуки славы, а черные, продутые зимними ветрами и промытые солеными пластовыми водами цепи промысловых трасс.

Главными действующими лицами праздника стали сами именинники — разработчики новых технологий и оборудования, инженеры, мастера, монтажники. Совсем, казалось бы, недавно в штатном расписании новорожденной фирмы значился один Вячеслав Михайлович Айдуганов, теперь же его команда увеличилась до трехсот человек. В фойе Дома техники была развернута выставка: фотографии, запечатлевшие людей и события, которые уже стали историей, образцы оборудования, разработанные инженерами- изобретателями Центра и произведенные в цехах собственного завода.

Торжественная часть не была официозной и казенной, ведь в зале собрались люди, близкие по духу, объединенные общим делом. Выступавшие вспоминали былое, благодарили тех, кто стоял у истоков, строили планы на будущее, радостно говорили об успехах. Из уст одного из приглашенных прозвучали такие слова: «Это предприятие — пример того, как нужно строить бизнес, создавать команду, добиваться намеченной цели».

Слушая искренние, совсем не трафаретные поздравления, Вячеслав Михайлович в какой-то момент мысленно перенесся ровно на двадцать лет назад. Да, это тоже был май, и этот же зал, поскольку все самые важные мероприятия проводились здесь, в Доме техники. Только публика в зале была другая: отечественного пошива темные пиджаки, белые воротники рубашек, подпирающие солидные подбородки. В его памяти зазвучали голоса: «Какой еще Центр НТТМ?! Какой ветер перемен? Сегодня он в одну сторону дует, завтра повернет в другую. Да, легализовали „цеховиков“, которых еще вчера сажали как расхитителей госимущества, мошенников и предателей Родины. Сейчас они — ко-о-пе-раторы! Надолго ли?»

Отогнав видение того заседания Горсовета, на котором, вопреки мнению большинства, с таким трудом все-таки было принято решение о создании Центра научно-технического творчества молодежи, Айдуганов улыбнулся: «Как стремительно меняются времена! Всего за двадцать лет на смену одной эпохе пришла другая. Многие сломались на этом крутом вираже. А нам удалось вписаться в него, теперь уже можно уверенно об этом говорить. Ведь только за прошлый год выполнили работ на 900 миллионов руб лей, одних налогов в бюджеты выплатили 58 миллионов!» Эти цифры грели директорскую душу, и он любил их повторять про себя.

От воспоминаний его отвлекло действие на сцене. Речь шла о том, как монтажники ИПЦ работают в Сибири. Ведущий говорил:

— Крупные партнеры предприятия, на которых ведется строительство трубопроводов — ООО «ЛУКОЙЛ-Западная Сибирь», ОАО «ГАЗПРОМ-Ноябрьскнефтегаз». Руководят строительно-монтажными управлениями грамотные специалисты: главный инженер предприятия Александр Аликович Сапрыкин, начальник управления Валерий Вячеславович Дябин, прораб Рашид Минулович Музафаров, инженеры Елена Владимировна Киселева, Ирина Михайловна Борзунова. Сооружать трубопроводы в условиях севера нелегко: зимой морозы достигают минус шестидесяти градусов, летом жара, тучи гнуса…

Под этот рассказ Айдуганов опять вспоминал. Ему приходилось часто приезжать и в Когалым, и в Ноябрьск. В обоих городах Инженерно-производственный центр открыл свои филиалы, потому что при нынешних объемах монтажа парк техники, склады с комплектующими должны были находиться по месту работы. Подразделения так и назвали: «ИПЦ-Югра» и «ИПЦ-Ямал». Но руководство ими осуществлялось, конечно же, из центра, то есть непосредственно им самим. А значит, директору надо знать о положении дел на сибирских трассах не с чьих-то слов, а видеть все лично. Десятки километров отшагал он вдоль трубопроводов, осматривая каждый стык, проверяя, как работает оборудование, обсуждая с прорабами и монтажниками, как ведет себя то или иное техническое новшество.

Конечно, техника техникой, но главное — люди. Их заботы и проблемы часто требовали его присутствия. А ситуации здесь, в чужих краях, возникали порой самые неожиданные. Никогда не забудет он, как в один из первых приездов познакомился с коренными жителями этих мест — хантами. В когалымской конторе ожил аппарат радиосвязи. Из трубки донесся взволнованный голос прораба: «Михалыч, работа остановилась. Тут аборигены трассу перекрыли, руками размахивают, видно, чем-то недовольны. Что делать-то?!»

Айдуганов тут же позвонил нефтяникам. Технический директор НГДУ не удивился: «Похоже, солярка у оленеводов закончилась. Ну, или трактор какой- нибудь сломался. А куда им в таких случаях идти, если не к нам? Мы уж к этому привыкли. Поехали, разберемся».

Так и оказалось: ханты вполне дружелюбно, но твердо заявили, что не сдвинутся с места, пока не получат солярку и бензин. Вопрос быстро решился: нефтяники загрузили в тракторную тележку бочки и канистры с ГСМ, а сверху положили две моторные лодки. Не знающего местных обычаев Айдуганова это особенно удивило:

— Лодки еще зачем?

— Им они нужны, а мы не обеднеем, — коротко объяснил технический директор. Потом, помолчав, добавил:

— Ханты — хозяева этой тайги, земли и всего, что в ней. Мы вроде как гости здесь, а ведем себя по-хозяйски: лес рубим, скважины строим, нефть качаем… Что они с этого имеют?

Вопрос был риторическим и не требовал ответа. Всю обратную дорогу попутчики молчали.

…На сцене вручали почетные грамоты и подарки лучшим работникам. Когда, готовясь к юбилею, составляли список награжденных, директор придирчиво читал его, добавлял все новые фамилии. Ему хотелось как-то отметить каждого, кто стоял за станком в заводском цехе, вел километры трасс по таежным болотам или южным степям. Айдуганов, человек советского воспитания, привык уважать рабочий класс. Да и просто он был по-человечески благодарен этим людям, изо дня в день привычно делавшим свою работу.

Однажды он приехал в Когалым в декабре, чтобы посмотреть, как ведут себя в экстремальных температурных режимах неразъемные муфтовые соединения. Температурный режим был что надо: минус сорок. Над промыслами воздух, казалось, кристаллизовался от мороза. Сверкающие на солнце кристаллы больно кололи щеки, забивали дыхание. Лица рабочих закрывали самодельные вязаные «балаклавы», в прорезях которых виднелись покрасневшие от холода глаза. «Мороз — черт с ним, к нему со временем привыкаешь. Главная фишка в другом!» — перекрикивая рев тракторного мотора, объяснял Сергей Бердников. Он уже несколько лет работал в ИПЦ слесарем механосборочных работ, но строил в основном в Удмуртии и Саратове, и лишь недавно его как опытного спеца перекинули на север. — «Посмотрите в траншею: в нее постоянно сочатся грунтовые воды! Только возьмется ледяной коркой, как поверх нее опять заливает. То мокро, то скользко. А ноги промочить в такой мороз — гиблое дело!»

Кстати, неразъемные муфтовые соединения вахтовики хвалили: они удобны при перевозке, в монтаже и, судя по всему, надежныв эксплуатации. Это уже должны были подтвердить время и заказчики. В тот приезд обсудили кое-какие нюансы, прикинули, что и как надо доработать под конкретные условия «северного» монтажа.

Импровизированное производственное совещание проходило уже вечером в квартире, одной из двух, которые предприятие арендовало в Когалыме для своих работников. В этой разместилась женская половина вахтовиков. Это были бухгалтер, учетчицы, завскладом, поэтому сюда зачастую приходили субподрядчики, чтобы выписать счет или подписать акт выполненных работ. Так что бытовая и производственная жизнь органично текла в одних стенах. Сейчас, в декабре, эти стены плохо защищали от мороза, поэтому хозяйки и гости сидели в теплых свитерах и валенках.

— Ничего, в Бугульме отогреемся, — смеялась бухгалтер, она же заведующая складом Евгения Александровна Федорова. — К тому же горячий чай и теплое одеяло спасают. Вот утром будет хуже: приходишь на склад отпускать бригадам трубы, а там все инеем покрыто, пальцы авторучку не держат. Зато летом хорошо: зной да мошкара!

— И медведи с росомахами вдоль трассы ходят! — подхватил кто-то из монтажников. — Экзотика!

Из кухни потянуло запахом подгоревшей еды, о которой за разговорами забыли. Женщины кинулись спасать ужин, и скоро все сидели за столом. Айдуганову казалось, что он давно ничего не ел вкуснее той лапши с тушенкой и крепкого сладкого чая.

По дороге в Бугульму он все вспоминал залитую водой траншею и думал, как облегчить труд трассовиков. Ведь летом мерзлая земля «поплывет», превратится в болота! В результате был изобретенплавающий экскаватор. За базу взяли гусеничную машину, на нее установили гидравлическое оборудование, чтобы можно было копать. Идея получила практическое воплощение, хотя внедрить ее в широком масштабе не получилось, и в дальнейшем в других местах такой экскаватор не использовали. Кстати, недавно Айдуганов узнал, что в Германии появилась машина со схожим принципом действия, только невероятно дорогая.

…Вячеслав Михайлович вновь смотрел на сцену. На нее один за другим поднимались за наградами те, кто разрабатывал технико-экономические показатели, вел бухгалтерский учет, набирал персонал, обучал, создавал бытовые условия, ежедневно контролировал производственную дисциплину и качество работ. Директор считал, что в последние годы именно благодаря организаторам производства удалось перевести предприятие на новый качественный уровень. Ведь под огромные объемы строительства в Сибири надо было в разы увеличивать выпуск комплектующих, закупку материалов и оборудования, провести множество мероприятий по сертификации и охране труда. Поэтому он и попросил свою младшую, Ольгу, опытного и квалифицированного юриста, помочь создать юридическую службу.

Юристам предстояло разработать стандарты предприятия, подготовить пакет документов, позволяющих проводить монтажные работы. Такая необходимость возникла в связи с отменой государственного лицензирования строительной деятельности. Для того, чтобы продолжать строительные работы, предприятию необходимо было вступить в Некоммерческое партнерство «Нефтегазстрой- Альянс» и СРО строителей Татарстана. Кроме того, как раз в тот период Сергей Леонидович и Зоя Михайловна Чахеевы решили начать самостоятельный бизнес, и Ольга Вячеславовна взяла на себя вопросы урегулирования их выхода из семейного дела.

А еще директору надо было срочно увеличивать численность монтажных бригад. ИПЦ объявил прием рабочих. Отобрать из множества кандидатов самых достойных сложно, но это только первый шаг. Из них надо было в считанные недели сделать квалифицированных специалистов. С этими задачами прекрасно справлялся начальник технического отдела Вячеслав Владимирович Ануфриев. Монтажников готовили в Учебно-курсовом комбинате Бугульминского механического завода. Заводские преподаватели вели занятия по строительству трубопроводов и промышленной безопасности, сам же Ануфриев обучал особенностям бессварной технологии. Кроме местных вахтовиков, на курсах учились рабочие из Когалыма, Сургута, Ноябрьска, поскольку ИПЦ набирал рабочие кадры и в Сибири.

Поток новобранцев прибавил работы кадровикам. Предприятию просто повезло, что именно в это время директор наконец-то уговорил перейти в ИПЦ из городской администрации Надежду Мальцеву. Опытный делопроизводитель, она быстро навела порядок в кадровом учете. Сложнее оказалось привить рабочим навыки производственной дисциплины. Отправив первую вахту в Когалым, Надежда Михайловна пришла с вокзала к директору в полной растерянности:

— Вячеслав Михайлович, там несколько человек поехали уже в нетрезвом состоянии. А что будет в вагоне?! Не знаю, как вести себя с такими людьми. Я же в бюджетной сфере работала, а там подобных проблем не возникает!

Он попенял ей:

— Надежда, рабочие — люди конкретных действий. Надо было отстранить от вахты всех нарушителей, чтобы пресечь такое дело в корне. И Мальцева всерьез взялась за воспитательную работу. Ей удалось привлечь на свою сторону бригадиров, найти общий язык с монтажниками. Народ выполнял ее требования, уважая сурового, но справедливого кадровика.

Много сделала для успешной работы в Сибири начальник производственного отдела Зинаида Галиева. Айдуганов считал, что привел ее в ИПЦ не иначе, как счастливый случай. Это она предложила методику анализа, позволившую не просто собирать сведения по выполненным работам, но оценивать эффективность деятельности разных участков производства. А сколько раз Зинаида Михайловна отправлялась в Ноябрьск и Когалым, чтобы лично «разрулить» разногласия с заказчиками!

Невозможно представить когалымский филиал и без начальника производства Нагима Ахметсавиевича Аглиуллина. Когда по объявлению в газете он пришел устраиваться на работу — квалифицированный механик, имеющий все удостоверения по промышленной безопасности, директор поначалу не поверил такой удаче. Аглиуллину же так понравилось предприятие, что после первой вахты он отказался месяц отдыхать, и пришлось его определить на этот период на бугульминскую базу. Как не ценить таких людей?!

…Торжественное собрание, похоже, шло к завершению. Ведущие подводили итоги деятельности ИПЦ за прошедшие двадцать лет:

— Время подтвердило надежность новой технологии. Сегодня Инженерно-производственным центром проложено более 2200 километров трубопроводов, в эксплуатации находятся более 300 тысяч неразъемных муфтовых соединений труб. В агрессивных средах, где обычные стальные трубы, соединенные сваркой, работали не более двух-трех лет, а аварии начинались уже через три месяца, трассы с неразъемным муфтовым соединением эксплуатируются без единой аварии.

Сейчас директору предоставят заключительное слово. Айдуганов долго готовил свою речь, продумывал каждую мысль, чуть ли не каждую фразу. Но сейчас, глядя со сцены в зал, он понял, как трудно выразить словами все, что в этот момент чувствует. Вячеслав Михайлович видел ставшие родными лица людей, с которыми он не просто проработал, но прожил треть своей жизни. Им ничего не нужно объяснять, потому что они с ним на одной волне. Поэтому его выступление было простым и коротким. Директор от души поблагодарил своих коллег и единомышленников. Обращаясь к партнерам — руководителям предприятий, выразил надежду на дальнейшее сотрудничество. А завершил речь своей излюбленной формулировкой: «Девиз Инженерно-производственного центра остается прежним: делать лучше, чем другие».

КСТАТИ

О темпах роста предприятия можно судить по технико- экономическим показателям юбилейного, 2008 года в сравнении с 2003 годом:

— годовой объем товаров и услуг вырос с 13 915 тыс. руб. до 914 172 тыс. руб.,

— численность работающих на предприятии увеличилась с 62 до 300 человек,

— средняя месячная зарплата выросла с 4 797 руб. до 20 954 руб.,

— отчисления в бюджеты разных уровней увеличились с 1679 тыс. руб. до 57 587 тыс. руб.,

— прибыль предприятия увеличилась с 1016 тыс. руб. до 147 572 тыс. руб.,

— инвестиции увеличились с 17,4 тыс. руб. до 462 278,8 тыс. руб.,

— монтаж промысловых трубопроводов достиг 231,3 км в год в сравнении с 27,74 км в 2003 году,

— выпуск НЭМС возрос с 92 штук до 13 217 штук